«Итак, приходит Он в город Самарийский, называемый Сихарь... Там был колодезь Иаковлев... Иисус, утрудившись от пути, сел у колодязя. Приходит женщина из Самарии почерпнуть воды…» Ин 4
Средина дня, песок, жара,
Как в печке воздух, не вздохнуть.
Иисус, в дороге быв с утра,
Сел у колодца отдохнуть.
Но вот из города Сихарь
По воду женщина пришла.
Из этого колодца встарь
Иаков напоял стада.
Иисус сказал ей: «Дай Мне пить»,
Чем очень удивил ее.
«Со мной как можешь говорить,
Ведь мы же племя не Твоё?!»
Иисус ответил: «Если б ты
Узнала б, Кто сказал «дай пить»,
То стала бы сама просить
И дал бы Он живой воды»
А женщина в ответ Ему:
«Гляди, колодец ведь глубок,
Тебе же нечем почерпнуть,
И как бы воду дать Ты смог?»
Иисус сказал: «С колодца если
Воды напьется человек,
Возжаждет вновь и вновь, конечно,
Я жажду ж утолю вовек».
Своим слепым плотским умом
Она представила родник,
И говорит: «Дай же испить,
Чтоб мне черпать не приходить!»
И говорит Иисус ей вновь:
«В дом, женщина, сейчас пойди,
Своего мужа извести,
Веди его сюда с собой»,
Мысль пронеслась: «Кто Он такой?»
И всколыхнулась души муть.
Но в сердце вдруг пришел покой:
«Ведь мне Его не обмануть!»
«Нет мужа у меня сейчас».
Иисус сказал ей в тот же час:
«Да, пятеро их было уж,
А тот, что есть – тебе не муж».
«Да Ты, о Господи, Пророк!
Скажи же истину Ты мне,
Мы Бога чтим на сей горе.
Где правильно? Мне невдомек».
«Отец есть Дух, и потому
Кто в духе к истине склонил
Свой ум, и сердце кто открыл –
Лишь те поклонники Ему»
«Ответь же мне еще, Пророк,
Я знаю, что придет Христос,
И жду, чтоб правду Он принес,
Надеюсь, что ответит Бог».
Тогда Иисус ей говорит:
«Вот Я, что говорю с тобой.
Ты сердце Мне свое открой,
Пусть мир и святость там царит».
Тотчас, оставив водонос,
Пустилась женщина скорей
Бежать, и звать с собой людей:
«Пойдемте, может там Христос?!
Всё про меня Он рассказал,
О том, что было в жизни сей!»
И поспешили все за ней,
И каждый Бога повстречал.
Мой друг, мой брат, моя сестра!
Ведь самарянка эта – ты,
И я, и он – все, кто любя,
Ответил на Христа призыв.
Тебе и мне Он рассказал
Всю жизнь и наши все грехи,
И нам прощенье даровал --
Сейчас шаги наши легки.
И пусть благословит нас Бог,
Как самарянка, весть нести,
Всю правду людям возвестить,
Чтобы Христос и им помог!
Не только чтобы с наших слов,
Но слово Божье услыхали,
Избавились бы от оков
И Господу Хвалу воздали.
Борисова Виктория,
Северодонецк, Украина
Приветствую вас. Мне 44года. В январе 2003 г покаялась в церкви ЕХБ "Путь спасения" г Северодонецка. В августе приняла крещение. Несу служение директора воскресной школы и служение с подростками. Замужем. Трое детей: Никита - 19 лет, Маша - 16 лет, Тимофей - 5 лет. e-mail автора:Valerika_2010@mail.ru
Прочитано 9209 раз. Голосов 2. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэт и еврейский язык - zaharur На вышеприведённой фотографии изображена одна из страниц записной книжки Александра Сергеевича Пушкина, взятая из книги «Рукою Пушкина. Несобранные и неопубликованные тексты». — 1935г.
В источнике есть фото и другой странички:
http://pushkin.niv.ru/pushkin/documents/yazyki-perevody/yazyki-perevody-006.htm
Изображения датированы самим Пушкиным 16 марта 1832 г.
В библиотеке Пушкина была книга по еврейскому языку: Hurwitz Hyman «The Elements of the Hebrew Language». London. 1829
Это проливает некоторый свет на то, откуда «солнце русской поэзии» стремилось, по крайней мере, по временам, почерпнуть живительную влагу для своего творчества :)
А как иначе? Выходит, и Пушкин не был бы в полной мере Пушкиным без обращения к этим истокам? Понятно также, что это никто никогда не собирался «собирать и публиковать». Ведь, во-первых, это корни творчества, а не его плоды, а, во-вторых, далеко не всем было бы приятно видеть в сердце русского поэта тяготение к чему-то еврейскому. Зачем наводить тень на ясное солнце? Уж лучше говорить о его арапских корнях. Это, по крайней мере, не стыдно и не помешает ему остаться подлинно русским светилом.
А, с другой стороны, как говорится, из песни слов не выкинешь, и всё тайное когда-либо соделывается явным… :) Конечно, это ещё ничего не доказывает, ведь скажет кто-нибудь: он и на французском писал, и что теперь? И всё же, любопытная деталь... Впрочем, абсолютно не важно, была ли в Пушкине еврейская кровь, или же нет. Гораздо важнее то, что в его записной книжке были такие страницы!
